26 июня 2017,  понедельник

Главная
Новости
Календарь

Лоция

Летописи
Багажный отсек
Фотоальбомы
Мастер-класс
Велошкола
О клубе
ФОРУМ



 

"Страна Гуслица"

Направление: Казанское

Маршрут: Хорошево - Лесной - Егорьевск - Ильинский погост - Куровское - Запонорье - Павловский Посад

Км: 140

Дней: 2

Сложность: 3

Карта:

Описание:

ИЗ ИСТОРИИ ГУСЛИЦ

В далекие годы начала нашей эры на территории Восточного Подмосковья жили люди из древнего племени "меря". Позднее с севера в эти края пришли Ильменские славяне, а с запада - вятичи и кривичи, которые потеснили племя "меря".

Славянские курганы 10-13 веков сохранились до наших дней в бассейне рек Гуслицы и Нерской. Урочище в западной части Мещерской низменности с давних лет называется Гуслицами по названию речки Гуслица. Эта речка с единственным на Руси музыкальным именем (иногда ее называют Гуслянкой) в свою очередь названа в честь любимого в этих краях музыкального инструмента гуслей.

Людей, заселивших все пространство урочища, прозвали "гусляками". На гуслях здесь играли многие и изготавливали их с особым умением. Использовались липовые дощечки, которые опускались на определенное время в речку. Жизнерадостных гусляков многие недолюбливали. А им все было нипочем. В своей глухой, всеми забытой местности, гусляк чувствовал себя независимым и сильным.

Гуслицы начинались в 30 верстах от Москвы между Владимирским и Рязанским шоссе и охватывали по рекам Нерской и Гуслице юго-восточную часть Богородского и Бронницкого уездов Московской губернии, а также земли Егорьевского уезда Рязанской губернии и Покровского уезда Владимирской губернии. Этот край отличался низменной местностью, покрытой топкими болотами и густой зарослью корявого леса, песчаной почвой, неудобной для хлебопашества.

Впервые о Гуслицах упомянуто в духовной грамоте Ивана Калиты в 1339 г . Они входили тогда в Московское княжество, и Калита завещал их своей жене. О Гуслицах говорится в завещании Дмитрия Донского. По этому завещанию Гуслицы достались его сыну Петру вместе с Рогожею (с. Рогожи в 1781 г . было переименовано в г. Богородск, ныне г. Ногинск) и Вохною (ныне г. Павлово-Посад).

Первые точные границы Гуслиц в XV веке нарисовал на карте купец Афанасий Федорович Наумов. На составленной им кар-те границы Гуслиц простирались от селений Хотеичи и Бухоново на западе до селений Жашково и Холмы на востоке, от Куровской и Заволенье на севере до Жирово на юге.

Деревни Гуслиц входили тогда в состав Устьмерской, Холмской, Высоцкой и Шатурской волостей в бассейне рек Гуслицы, Нерской и Рогозна. Одна из деревень Гуслиц носила имя второй жены Ивана Калиты Ульяны и звалась Ульянино. Позднее деревня Ульянино и деревня Незденово слились и образовали д. Степановку.

В свою очередь деревня Степановка была названа по имени помещика Степана Лопухина, у которого в речке Гуслице утонули два сына. В память о них Лопухин воздвиг в деревне церковь. Деревню Захарьино Иван Калита подарил стольнику Ивану Ащере - она носит его имя - Ащерино.

Деревни Чайниково и Андреево при слиянии образовали д. Абрамовку. С первой половины XVI века Гуслицы стали дворцовой волостью Московского и Коломенского уездов.

При царе Алексее Михайловиче Гуслицы еще не были густо заселены, только по Касимовскому тракту было несколько по-стоялых дворов, да кое-где небольших поселений хмелеводов.

К концу XVII века Гуслицы состояли из 46 деревень, крупнейшими из которых были Раменское, Давыдовская Шувоя, Беззу-бово, Хотеичи, Ильинский погост, Анциферово, Куровская, Авсюнино, Дорохово, Слободищи, Богородское, Мисцево, Устьяново, Заполиты, Титово, Заволенье, Ащерино, Селиваниха и др. Границы Гуслиц постоянно менялись, менялся и состав населения.

Так, после второго стрелецкого бунта в 1698 г . в гуслицкие леса и болота бежали бояре и стрельцы, жестоко преследуемые Петром I . В дневнике игумена скита "Иосиф на камне" (скит находился в 10 верстах от Дулева) было записано: "Род гусляков древен и славен бысть, повелся он от непокорных бояр и стрельцов". В старых книгах д. Барская (в 2-х км от Давыдова) именовалась Боярская. Старожилы рассказывали, что она была заселена опальными боярами-старообрядцами. Постепенно стрельцы, бояре и старообрядцы других сословий колонизовали Гуслицы. Они основывали в здешних глухих местах скиты и селения, в которых закипала активная жизнь со своими обычаями и промыслами.

Край заселялся и крестьянами удельными, государственных имуществ, но большей частью временнообязанными помещи-кам.

Долгие годы центром Гуслиц был Ильинский погост, названный так по имени церкви Ильи-пророка, воздвигнутой здесь вна-чале XVII века. Существует легенда, что на месте Ильинского погоста стоял когда-то дворец царя Алексея Михайловича, что после его разорения из изразцов печи дворца сложили печь в деревянной церкви. По другой легенде здесь стоял патриарший дом, что будто-бы в Ильинке находился центр духовного управления. Говаривали, что какой-то старец Никодим в подвалах Ильинской церкви, сгоревшей в средине прошлого века, видел много древних книг и рукописей.

Впервые частному лицу было пожаловано в Гуслицах с. Хотеичи в 1693 г ., а за ним - д. Анциферово. В 1710 г . Петр I пожа-ловал А. Д. Меншикову "дворовую" Гуслицкую волость со крестьяне и бобыли... в ней погост, а в погосте церковь во имя св. пророка Илии деревянная о пяти главах" В этот период Гуслицкое население составляло всего 1181 человек. Гуслицами Меншиков владел 17 лет. Согласно одной из легенд он имел в Ильинском погосте свой дворец. Сюда приезжал Петр I и охотился на Цаплинских болотах. При царе Петре II Меншиков был отправлен в ссылку, а все его владения причислили к дворцовому ведомству.

В 1728 г . все селения Гуслиц были пожалованы Степану Васильевичу Лопухину. В его имении скрывалась, удалившись из Петербурга, княжна Волховская, родственница сосланной в Суздаль царицы Евдокии (Лопухиной). Она придерживалась двуперстия. При Елисавете Петровне Лопухин попал в опалу и в 1744 г . был отправлен в ссылку. В этот период у царицы выпрашивал Гуслицы генерал Румянцев, но Елисавета Петровна распорядилась передать эту местность в казну.

При Екатерине II в 1762 г . Гуслицы были пожалованы возвратившейся из ссылки Наталье Федоровне Лопухиной (муж ее умер в ссылке). Через год Лопухина умерла, и ее имение было поделено на три части (они назывались "третями") между ее сыновьями. Раменская "треть" с деревнями по реке Вольной от Куровской до Петрушино с центром в сельце Богородском стала принадлежать полковнику А. С. Лопухину.

До 1762 г . крестьяне в "третях" Лопухиных платили оброк по 1 рублю и 1 коп. с души, а позднее из-за поборов помещика Алексея и особенно Авраама Лопухиных крестьяне стали платить оброк по 5 рублей с души. Помимо денежного и натурального оброка они несли еще и барщину.

В с. Богородском за 1766-1767 гг. крестьяне построили за свой счет барский дом, дворовые строения, прорыли канаву в 70 саженей длиной, вырыли пруд, снарядили за свой счет 200 подвод в Москву, подержали управителя имения. Поборы помещиков заму-чили гуслицких крестьян - они подали челобитную императрице, хотя по Указу 1765 г . им запрещалось подавать челобитные. Ходоки из Гуслиц ушли в Москву, но их жалобы на поборы и жестокость помещиков остались без внимания. Тогда крестьяне направили снова ходоков, написавших в челобитных, что "пришли в крайнее разорение и скудность".

Крестьяне же Алексея Лопухина послали в Москву двух сыновей умершего от побоев сельчанина. В челобитной братья пи-сали, что им возвращаться в деревню нельзя, так как помещик подвергнет их мучительству и смерти. Обращаясь к императрице, они просили: "...лучше же Ваше императорское Величество Вашей монаршей милостью определите нас к смерти или в вечное поселение". И все-таки челобитчики были арестованы. Но Гуслицы послали новых ходоков. Они передавали пищу ранее арестованным сельчанам и ходатайствовали об их освобождении. Власти арестовали и этих ходоков.

В Гуслицы была послана военная команда для наказания жалобщиков за попытку неповиновения. Многие гусляки были на-казаны поркой кнутом, а 50 человек арестованы и сосланы в Нерчинск на каторгу без срока. Указ императрицы о челобитчиках читался во всех церквах. В 1764 г . Екатерина II все селения Гуслиц передала Москве. С возникновением 5 октября 1781 г . Богородского уезда часть деревень Гуслиц вошла в состав этого уезда. В уезде тогда числилось: 128 дворян, 280 деревень, 123 сельца, 73 села, 11 погостов, 2 мужских монастыря (Николаевский Берлюковский и Спасо-Преображенски Гуслицкий).

В 1767 г . Лопухины, распродав земли и имущество своей вотчины. выехали в "более спокойные места". Заводчик Демидов купил одну треть Гуслиц с деревнями Алексеевской, Внуково, Давыдовской, Костенево, Круглово, Мосягино, Поминово, Печурино, Сенькино, Слободищи, Старой, Столбуновой и Чичево. Из этих деревень Демидов переселил в Сибирь в Ирдяжинскую волость 635 гусляков.

В 1794 г . демидовская треть Гуслиц перешла во владение помещицы О. А. Жеребцовой. С конца XVIII века вплоть до 1922 г . многие селения Гуслиц входили в состав Богородского уезда Московской губернии.

16 апреля 1917 г . при ст.Куровская был образован Гуслицкий районный Совет рабочих депутатов из 5-ти волостей: Беззу-бовской, Дороховской, Запонорской, Ильинской и Карповской. Первым председателем Совета гусляки избрали члена Орехово-Зуевской организации РСДРП Марка Петровича Образцова.

С 1922 по 1929 гг. некоторые селения Гуслиц стали входить в состав Егорьевского уезда Рязанской губернии. С 1929 по 1959 гг. в состав Куровского района стали входить гуслицкие селения Дороховской, Карповской, Запонорской и Ильинской волостей, а с 1959 г . они вошли в состав Орехово-Зуевского района Московской области.

БЫТ, НРАВЫ И МИРОВОЗЗРЕНИЕ ГУСЛИЦКИХ СТАРООБРЯДЦЕВ

Всюду, где селились гонимые господствующей церковью и монаршей властью старообрядцы: в Поволжье, Сибири, Прибал-тике, Подмосковье, на Севере, на реках Терек, Яик, Дунай, в глуши Иргизских, Олонецких и Гуслицких лесов, в Польше, Австрии, Венгрии и Румынии, - закипала активная трудовая жизнь, оживлялись непроходимые леса, возникало крупное земледелие, промыш-ленность и кустарные промыслы. Сюда староверы приносили свою культуру, свои обычаи и предания. Они умели устраиваться всюду, никто и ничто не могли вытравить из них дух настоящих русских людей. Политикой старообрядцы не занимались.

По словам апостола Павла: "Начальник есть Божий слуга". Поэтому по идеальному представлению старообрядцев власть - есть высшее служение людям, есть акт самоотверженной, христианской любви. Староверов не было ни в одном министерстве, не было их на губернаторских постах, полицмейстерских и других административных постах. Их оттесняли от всякой государственной должно-сти.

Известный историк Н. И. Костомаров говорил, что "старообрядец любит мыслить, спорить... он хотел сделать собственную совесть судьею приказания, пытался сам все проверить, исследовать". "Не сотвори себе кумира" - эту заповедь старообрядцы помнили всегда. Они не воспринимали ту культуру, которая творила и творит многочисленных кумиров и "на верху гор" и "на земли низу".

Для того, чтобы читатель в полном объеме узнал о быте и нравах гуслицких староверов, я приведу несколько противоположных мне-ний о них, высказанных на страницах дореволюционных изданий рядом авторов, как сторонников, так и противников старообрядчест-ва.

В "Душеполезном чтении" (часть 3, 1864 г .) о староверах Гуслиц пишет И. Шевелкин: "...познакомившись поближе с Авст-рийско-Белокриницкой сектой и с гуслицкими последователями ее, явно вижу теперь, что в них господствует страшный фанатизм и грубая ненависть, и злоба против православной церкви... Раскольник перед православными, имеющими вес и какое-либо значение, притворится самым покорнейшим слугой, уважающим и власть и священство, и готов пожертвовать даже на православную церковь: но возмутительно его обращение с православными, равными ему по званию или стоящими ниже его одной ступенью на житейской лест-нице.

Раскольник или раскольница не только не приютят ночью или в непогоду прохожего бедного странника православного, но не дадут ему куска хлеба, или бранью самою поносною отгонят от колодца, где вздумает тот утолить жажду, и напустят на него толпу ребятишек и стаю собак для выпровождения из деревни.

Если же кому-либо из крестьян-раскольников придет благая мысль присоединиться к Церкви Христовой, то ему необходимо прежде подумать о своем переселении из родной деревни к православным, иначе он рискует подвергнуться жесточайшим преследова-ниям от односельцев своих и даже от близких родственников-раскольников, которые все меры употребят или разорить его совершенно, или отдать в солдаты по приговору общества за дурное, будто-бы поведение...

Раскольники в этих местах весьма трудолюбивы и занимаются хлебопашеством, но большая часть из них труду пахаря пред-почитает фабричные занятия и торговлю... В каждом селении и даже деревеньке вы найдете 2-3 лавки с разными товарами, а также, непременно, с чаем и постным сахаром...

Женщины у раскольников в разврате и пьянстве не уступают мужчинам, но утратив красоту и достигши почтенных пожилых лет, они впадают в другую крайность: в ханжество и святошество, хотя подчас, не откажутся протянуть руку, вооруженную кожаной лестовкой, к стакану с дешевкой и упиться ею до беспамятства, и все вообще делаются страшными ненавистницами и гонительницами всего церковного.

Молодым людям, даже пожилым, здесь не вменяется в грех или поношение напиваться до безобразия, петь песни или пля-сать и предаваться разгулу и разврату; но Боже сохрани, ежели кто из любопытства зайдет в православный храм или заведет тесное знакомство с православными, - тогда от злых старух ему житья не будет: не станут с ним ни есть, ни пить, и не примирятся до тех пор пока несчастный в продолжение недели и даже целого месяца на положит по 200 или 300 земных поклонов в каждый вечер. За испол-нением же этой епитимьи наблюдает сама аргус-старуха, считая поклон по лестовкам.

Если же по делу или как-нибудь нечаянно зайдет православный в избу и пробудет в ней минут десять, то старуха по уходе его вздует огонь, разожжет угольев и окадит все горницы и двор ладаном, а если есть в запасе святая вода, освященная раскольничьим попом, то покропит во всех углах, а вечером сына своего и внуков заставит положить поклонов по 50.

Раскольничья нетерпимость и фанатизм... поддерживается здесь кроме старцев еще колейницами. В каждой деревне в Гусли-цах найдете вы несколько избенок о двух окнах, расположенных с обоих концов деревни, или на задворках; в этих избах проживают девицы от 25 до 40 лет, занимающие исключительно обучением детей деревенских грамоте и чтением канонов для желающих - у себя или в домах их.

Налетчицы и толковательницы писания - девицы эти у себя в деревне и даже верст за 10, 15 и более пользуются полным ува-жением, как отшельницы от мира сего, взыскующие единственно спасение душ своих и молящиеся неусыпно за здравие благодетелей живущих и за упокоение душ братии и сестер, отошедших в древнем благочестии.

Получая щедрые даяния от старух и богатых женщин средних лет за молитвы о грехах их, отшельницы эти, если не утратили молодость, промышляют нередко развратом... Полуграмотные и почти вовсе безграмотные лжепастыри, большей частью набранные из бездомных скитальцев или отъявленных лентяев, состоят в полном послушании у келейниц и раболепно исполняют все распоряжения и приказы их..."

Другой автор Алексей Стороженко в очерке "Гуслицы", опубликованном в "Отечественных записках" в 1863 г ., пишет о размышлениях старика-толковника из беспоповцев, которые услышал в одном из гуслицких трактиров: " Поповцы укоряют нас в бес-поповщине, а у самих-то попы - курам на смех, австрийские обливанцы... и прежние у них не больно пригожи были, но все же не авст-рийская сволочь.

У поповцев такие есть ходоки, вот хоть Андрей Марков Пуговкин: ему как плюнуть, сманить попа. Наметят какого ни есть бедного попишку, одержимого человеческими слабостями, что у своего начальства на дурном счету; вот и станут за ним ухаживать; скажутся купцами или гуртовщиками, залучат его к себе и употчуют до положения риз - все, знаете, французкими винами, ямайским ромом. Опомятуется, сердечный, уж верст за сто, еще зальют, да как оттарабанят верст за триста, в свой скит - вот тут уж и поведут дело на чистоту. "Останься - говорят у нас, батька, мы тебя миром помажем, будешь нашим попом". При этом сулят ему золотые горы, а поп не соглашается. Если резонами не подействует, вот они ему пригрозят... и в преисподню засадят. Видит поп, некуда податься, вернуться - стыдно и прихожан, страшно и начальства, противится, горемычный, да и крикнет с отчаяния: "Мажьте, разбойники, людо-еды!"

Скажите на милость... лучше ли оставаться в беспоповщине, чем с такими богомерзкими пастырями? Прежде начальство не очень-то стояло за церковных попов, которых, бывало, сманивали, а теперь воспретили. Вот поповцам-то и круто пришлось; что де-лать?., проведали рогожцы, что в Царьграде есть митрополит Амвросий, удаленный от своего престола за разные беззакония. Вот они хоть знали об этом достоверно, и, кроме того, что в греках крещение не погружательное, а еретичное, то есть обливательное, но все-таки послали в Царьград своих клевретов и пригласили его в свой притон, в Белую Криницу, что в австрийских пределах, да и провоз-гласили на соборе расстригу, обливанца, табачника митрополита, а он им настриг епископов, архимандритов и попов...

Священников сейчас в одних Гуслицах - мало, если скажу человек пятьдесят, а в Москве и по всей России - считай вдесяте-ро... и больше. И высшего священства также довольно наплодили: кроме Кирилла посвятили еще двух епископов, Софрония и Анто-ния... Антоний у поповцев в большой чести и титулуется архиепископом Владимирским и всея России. Ведь он из наших, Преображен-ских, такой же беспоповец был, а теперь..."

Приведенный выше рассказ старика, мне кажется, резок и даже в чем-то оскорбителен для старообрядцев-поповцев, имевших некоторые разногласия с беспоповцами. Но с познавательной точки зрения он интересен. Известно, что подобные же вымыслы об Ам-вросии распространял игумен Спасо-Преображенского Гуслицкого монастыря Парфений. Правда, случаи неприязни к православным крестьянам со стороны старообрядцев в Гуслицах были. Так, например, в Богородском уезде в с. Хотеичи - имении графа Литта, бур-мистр-старовер Василий Назаров препятствовал православным крестьянам посещению храма, вызывая их без всякой надобности из церкви. В октябре 1840 г . жалобы на бурмистра разбирал гвардии капитан Ермолов, приезжавший в Хотеичи для расследования этого факта.

В Гуслицах замечалось стремление австрийцев-окружников к объединению всех старообрядческих толков под своим влия-нием, так как раздорствующих староверов здесь было предостаточно. Были в Гуслицах и такие деревни, где проживали все три толка поповского согласия, и потому в них не проходило ни одного праздника без того, чтобы ЛУЖКОВЦЫ, не признающие австрийского священства, КИРИЛЛОВЦЫ и АНТОНИЕВЦЫ, подгулявши, не перессорились и не подрались между собой. Архиепископ Москов-ский и всея Руси Иоанн, возвратившись из поездки по Гуслицам, говорил:

"Мне пришлось быть в Гуслицах на наших торжествах. Все молятся вместе, сидят за общей трапезой, дружат между собой. Словом, в жизни полное единение. А оказывается - они не единствуют. Это ненормальность. Ее нужно устранить... делиться нам не из-за чего".

По другому пишет о старообрядцах в журнале "Слово церкви" №13 от 25 марта 1912 г . Муромский: "Старообрядцы живут в большом избытке и в лучших гигиенических условиях, чем их соседи. Они чистоплотны, в одежде ряшливы, в пище разборчивы, более трезвы, не держат воду в непокрытом сосуде, не едят и не пьют из немытой посуды, не садятся за стол, непокрытой скатертью. Между богатыми и бедными у них разница лишь в достатке, но не в правилах, не в обычаях. Несмотря на различия их согласий и взаимную борьбу, все старообрядцы в дни общей опасности быстро спаиваются между собой.

По всей России протянуты невидимые нити между старообрядческими общинами и отдельными старообрядцами. По ним идет живое общение. Старообрядчество зиждется на свободном веровании и на свободном личном убеждении. Оно представляет ши-рокий простор каждому личному дарованию, каждому духовному таланту. Ни в одном русском обществе нет такого простора для лич-ности, как в старообрядчестве. Поляк в экономическом отношении трусит перед евреем, а еврей трепещет перед старообрядцем.

В продолжение веков старообрядцы не дали себя съесть ни в Австрии, ни в Польше, ни в Румынии, ни в Прибалтике, не изменили сво-ей народности и своему верованию. Этот "невежественный и неумный" человек на окраинах бодро стоит против всякой иноземщины, а в Московском районе создал крупнейшую промышленность, имеющую не только общегосударственную, но и мировую значимость..."

Удивительны старообрядцы: глубоко впечатлительны и серьезны ко всему, что им предстояло принять или отвергнуть, небыли они рабами, которые по первому свисту кнута готовы принять все, что им прикажут.

Они никогда и нигде не боролись против пароходов и железных дорог, ни против электричества и газа, ни против химиче-ских открытий и изобретений, ни против технических усовершенствований, в чем иногда их укоряли в прессе. Наоборот, они раньше других использовали эти блага.

Когда же от них потребовали снять русскую одежду, сбрить бороду, закурить трубки с табачным зельем, вынести из домов древние дедовские иконы, - тут они запротестовали и пошли на казнь и смерть, но глупым требованиям не подчинились. Они разумно рассуждали: зачем нам рядиться в какую-то шутовскую одежду испанцев, нам и русская одежда хороша. Она прилична и красива, в ней свободнее и удобнее, и борода нам ничуть не мешает, - рассуждали староверы... и платили ежегодно 50 рублей налога за бороду.

Многие из староверов волосы стригли в кружало или со скобкой на лбу. Пробирать в волосах ряд на боку считалось грехом, даже пить чай многие считали за погрешность. Духовная личность женщины у них стояла на одном уровне с личностью мужчины.

Обрядность имела большое значение в жизни староверов. Веру свою принимали как наследственное душевное богатство, но глубоко религиозными были из них не все.

Внешний декорум соблюдался крепко, истово исполнялись поклоны и службу справляли долго, по уставу. Унисонное пение, долгое, ясное, четкое чтение богослужебных книг, все было соблюдаемо ими. Для гусляка было искусством все, что его окружало и чем он жил. Он любил гусли, гармошку, песни, танцы, веселые игрища, в беде не унывал, пел и в ненастные дни. Гусляк верил в приметы, строго соблюдал все обряды, с любовью украшал свой быт образами и другими вещами.

Всем известна знаменитая мезенская роспись, но мало чем ей уступает "гуслицкая" со своими традициями, законами и свое-образием. Местные рисовальщики применяли ее при оформлении рукописных книг. Сегодня ее изучают искусствоведы. Крюковые изображения нот на Руси применялись еще в глубокой древности, а в Гуслицах рукописные книги для пения появились в XVII веке. Их отдельные страницы, а особенно первые листы, украшались растительным орнаментом, изображением птиц. На разверстных листах книг для пения была так называемая русская крюковая запись нот, где над буквами - точки и крючки. Книгу открывали по праздникам, ее хранили в потаенных местах.

После раскола крюковому мелодичному пению стали учиться тайком. Книги для пения искусно переписывались. В д. Беливо Богородского уезда с 1906 г . функционировала старообрядческая школа крюкового пения, которой руководил М. Ф. Шиголин. В силу ошибок переписчиков крюковых книг появились некоторые наслоения в мелодиях, в пении по крюкам.

Появились в Гуслицах различные напевы: беливский, мисцевский, заволенский, морозовский и другие. Более распространенным из них был морозовский напев. Во многих селениях Гуслиц существовали старообрядческие певческие хоры. В д. Селиванихе хором руководили Николай Миронов, в д. Петрушино - Иван Гаврилов, а в д. Куровской - Е. Г. Лебедев.

В 1905 г . в Дулеве, где два года жил после административной ссылки за отказ отречься от сана архиепископ Московский и всея Руси Иоанн, при местном храме Покрова Пресвятыя Богородицы был организован певческий хор под руководством Е. Шибаева, а вслед за ним возник хор в соседней деревне Короткой.

В эти же годы старообрядец с. Зуева Роман Зиновьевич Дмитриев написал полный круг певчих книг (Ирмосы, Октай, Оби-ход, Праздники, Триодь Постная, Триодь цветная и Трезвон), изготовил рукописное Евангелие в лицах с окладом из серебра ручной чеканки. А его односельчанин Киприан Сергеевич Колпаков (1866 - 1926) организовал в Зуевской поморской общине хор певчих-любителей знаменного пения. Хор насчитывал 25 человек, часто участвовал в праздничных богослужениях в старообрядческих прихо-дах Московской губернии и самой столицы, выезжал в Нижний Новгород, Вятку.

В 1924 г . Колпаков написал "строка в строку, буква в букву" устав на Святую Пасху со старинной поморской рукописи. Книгами Колпакова до сих пор пользуется притч Московской Поморской общины. Но особой славой в старообрядческой России поль-зовался хор А. И. Морозова из Богородска под управлением П. В. Цветкова. Он часто выступал в Московских старообрядческих храмах и концертных залах.

Гуслицких певчих охотно брали во все старообрядческие приходы России. В Гуслицах с давних лет существовали основанные старообрядцами скиты, среди которых наиболее известными были "Иосиф на камне" и "Параскевина грива".

В граничившем с Гуслицами Орехово-Зуеве в последнем десятилетии XIX веке насчитывалось свыше 6 тысяч старообрядцев. На 666 миссионеров господствующей церкви в России в 1910 г . приходилось всего лишь 12 старообрядческих начетчиков. Собе-седования миссионеров с представителями от староверов всегда проходили бурно, а иногда заканчивались потасовками. Об этом свидетельствуют собеседования, проведенные в апреле 1910 г . в д. Гридино и с. Хотеичах, а в 1912 г . - в Рудне и Дулеве.

Активно работали в Рогожских и Преображенских общинах Москвы купцы-старообрядцы из Гуслицкого края: Морозовы, Кузнецовы и Зимины. Многие рангом ниже занимали значительные посты в Московских и других духовных центрах страны. Так, д. Мисцево была родиной епископа Одесского и Бессарабского Кирилла, в последствии Белокриницкого митрополита. Членом Москов-ского епархиального Совета и Совета Рогожской общины неизменно избирался отец Елисей (Е. Т. Мелехин), уроженец д. Яковлевской Богородского уезда.

В 50 с лишком деревень Гуслиц население от первого до последнего были старообрядцы. В те годы Гуслицы справедливо называли СТАРООБРЯДЧЕСКОЙ ПАЛЕСТИНОЙ. В твердой вере и сплошной грамотности заключалась сила гусляков. Родники древне-русской жизни били здесь во всю чистоту.

ДОРОГИ, СВЯЗЬ, МЕДИЦИНА И ПРОСВЕЩЕНИЕ В ГУСЛИЦАХ

Дороги в Гуслицах были невыносимо безобразны. Извилистые, бесконечные гати через болотистые заливы р. Гуслицы были вымощены сгнившими и вытоптанными бревнами-кругляками. За гатями в лесу колеса телег и тарантасов проваливались по ступицу в песок, их варварски встряхивало на обнаженных корнях деревьев.

Через Гуслицы проходило две дороги: Из Богородска в Бронницу и из Москвы в Касимов. Последняя была лучшего качества, но и по ней редко проезжали порядочные экипажи. Обычно встречались обозы с хмелем, татарские горбы, реже - троечные кибитки, набитые купцами, дремавшими на ситцевых подушках. По краям дороги плелись с дубинками оборванные мужики-бродяги и странни-ки - старообрядческие толковники в черных подрясниках с кошелями через плечо, наполненными церковными книгами.

Касимовский тракт изобиловал постоялыми дворами, устроенными на один лад, как и везде в великорусских губерниях. Один из таких постоялых дворов описал Алексей Стороженко, побывавший в Гуслицах в 1863 г .: "На вывеске красуется, подбоченясь, самовар, гордо поглядывая на окружающие его чашки, а вверху тянется надпись: ЛИСТАРАЦИЯ. У крылечка - толпа мальчишек, ко-торые хватают проезжих за полы с криком: "дай, барин, копеечку!" Кругом сор и постоянная грязь, потому что помои иначе не выли-ваются, как возле подъезда. В самом трактире - поражающая вонь, нечистота, тараканы, мокриды и все породы кровопьющих насеко-мых. В одном из трактиров пришлось переночевать. Все углы в избе уже были заняты проезжими: татарами, двумя странниками-старообрядцами, вынувшими из кошелей деревянные чашки и ложки, которые они всегда с собой носят, чтобы не опоганить души посудиной еретиков, артель купцов, оборванные мужики, беглые солдаты, толковники, богословы".

Гуслицы были слишком отдалены от Москвы и находились в глуши. Ближайшая железнодорожная станция Егорьевская от-стояла от центра Гуслиц - Ильинского погоста, на 12 верст, а станция Конобеевская Рязанской железной дороги - на 18 верст.

Коммерсанты пользовались в основном Конобеевской станцией, а Егорьевской только во время распутицы, так как в это время попасть на Конобеевскую станцию было трудно. Была возможность соединить погост с Рязанской ж/дорогой в тот момент, когда вели ветку к Егорьевску от станции Фаустово. Надо было дать взятку инженерам-изыскателям, чтобы ветка прошла через Ильинский погост. Но инициативы из местных толстосумов никто не проявил. Это было сделано для того, чтобы, как писала пресса, "даже в ущерб коммерции охранить свои часовни и клепала". Ветка прошла мимо Ильинского погоста. Та же участь постигла и г. Богородск, про-спавший Нижегородскую ж/дорогу. Только в конце XIX века в Гуслицах была построена ж/дорога Орехово-Зуево - Ильинский погост - Куровская - Егорьевск, а накануне Февральской революции через Гуслицы провели ж/дорожную ветку Казанского направления.

Такой же скверной выглядела в Гуслицах почтовая связь. Вовремя почта никогда не доставлялась, письма зачастую терялись. Все отправления из Гуслиц почтой осуществлялись двумя способами. Один - по земской почте через Богородск, другой - частным об-разом через ст. Конобеево.

Земская почта шла пешком, старики-рассыльные волостных правлений шли до Москвы целую неделю. Коммерсанты этого вида почтой почти не пользовались из-за долгих сроков доставки. Они пользовались частным средством сношения, пользуясь услугами одного гуслицкого трактирщика, который с полицией был на "ты". Он допускал у себя в трактире карточные игры и пребывание девиц легкого поведения, принимал для отсылки письма и рассылал прибывшие с оплатой по 20 копеек за письмо, уже оплаченное на госу-дарственной почте. Зачастую он вскрывал ради любопытства конверты, читал чужие письма и отсылал их, даже не запечатав конверта, объясняя изъян тем, что письмо попортилось в извозе. Пьяные ямщики часто теряли письма в дороге. Еще плачевней была участь газет. При таких средствах доставки почты в Гуслицах прибегали для надежности к отправке ее нарочными, а это было более дорогое удовольствие. В распутицу почтари ездили через Рязанскую губернию.

"Гуслицы - это единственный край в России, где население поголовно грамотно и не представляет из себя типичной русской глухой провинции", - писал И. Кириллов в журнале "Церковь" № 13 за 1910 г . Время возникновения гуслицких школ относится к глу-бокой старине, когда и в помине не было земских просветительских учреждений. Их организовывали в старообрядческих скитах. Там же действовали канцелярии, в которых переписчики производили точную копировку древних книг, изданных при пяти первых россий-ских патриархах.

При школах были обширные библиотеки древних рукописей и книг. Эти "нелегальные школы" принесли очень много пользы Гуслицкому населению.

В 1880 г . старообрядцем Новиковым в с. Кудыкино была открыта школа без различия вероисповедания. В Дороховской во-лости в начале XX века функционировало 3 земских и 8 церковно-приходских школ, а в Запонорской волости - 6 земских и 2 ЦПШ (с учетом ЦПШ новообрядческой церкви).

В Гуслицах существовали так называемые подвижные школы. Учитель с необходимыми учебниками переходил из деревни в деревню, год в одной деревне, год в другой.

Только благодаря влиянию Викула Морозова существовала в д. Ионово единственная в России легальная старообрядческая школа. Она была открыта 1 октября 1880 г . в день Покрова Пресвятой Богородицы и преподобного Романа певца кондаков.

А. Пругавин в книге "Старообрядчество во второй половине XIX века (изд. Сытина, 1904 г .) об этом пишет: " Крестьянин д. Зуевой, Кудыкинской волости старообрядец Роман Зиновьевич Дмитриев открыл в соседней деревне Ионовой превосходную школу на 50 маль-чиков.

Обучение в школе отличается полнейшей веротерпимостью, что доказывает разнообразный выбор учебных пособий, кото-рыми в изобилии снабжена школа: вместе со старинными Псалтырями и Часовниками в школе имеются подобные же книги новейших изданий. Едва успели открыть эту школу, как она уже оказалась переполненной учащимися. Вследствие этого основатель школы дол-жен был перевести ее в новое, более обширное помещение.

Преподавание в школе было поручено учителю-старообрядцу из местных крестьян, которому Р. З. Дмитриевым назначено жалованье 25 руб. в месяц. Дети беднейших старообрядцев находят для себя все готовое: книги, бумагу, перья, учебники... Видное место в обучении занимает калиграфия. Желающим преподается древне-церковное пение, с которым основательно знаком преподава-тель школы А. П. Гусев.

Местное старообрядческое население отнеслось к предприятию Р. З. Дмитриева весьма сочувственно. Богатые фабриканты-старообрядцы В. Е. Морозов, Зимины и госпожа Морозова немало содействовали ему в открытии школы, сельский староста д. Ионовой предложил для школы собственный очень просторный дом... Однако все более и более росли слухи о том, что школе "почему-то угро-жает закрытие"... Местные власти не оставляли в покое школу, и она, как сообщалось в газетах, "подвергалась опале со стороны поли-ции". В один прекрасный день в школу явился уездный исправник и лично произвел ревизию училища, опрашивал учителя, рассматри-вал учебники и т. п. Понятно, что ничего "подозрительного" в школе не оказалось."

Учитель зависел от попа, урядника, старшины и земского начальства. Его оклад в месяц составлял 15-20 рублей. На просве-тительскую деятельность старообрядцев полиция и православное духовенство смотрели как на пропаганду раскола.

Заезжие в Гуслицы корреспонденты отмечали, что "не рябое лицо здесь встретить трудно". В этом краю долгие годы процве-тала оспа, а медицина находилась в пренебрежении, была сдана на попечение фельдшера. Он был в Гуслицах и аптекарем, и земским, и уездным врачом, наблюдал за лечебным пунктом, живя за 65 верст. Фельдшер приезжал в лечебный пункт только при вызове судебным следователем. При Гуслицком лечебном пункте не было ни одной кровати. Труднобольных за 65 верст не возили, а в ближайшем Егорьевске их не принимали - чужой уезд. Поэтому больные от всех болезней лечились чаще всего разными травками, а также с помо-щью бабок, лошадиных кровопусканий, ставкой горшков с гущей на живот и т. п. При серьезных болезнях как богатые, так и бедные беспомощно умирали в своих селениях с "горшками с гущей на брюхе", утешаемые духовными особами.

В публикациях газет и журналов крепко доставалось и земской полиции в Гуслицах. Особенно за содержание арестованных в тюрьмах и изоляторах, а также за беспомощность в поимках фальшивомонетчиков и знаменитого в этом крае разбойника Чуркина. Становые в Гуслицах получали самые ничтожные жалования. Это были, за редким исключением, безграмотные, малодееспособные и без всяких средств к существованию люди. Когда появлялся добросовестный становой, то неминуемо возникали ропот и жалобы, потому что в Гуслицах мужики никогда не жаловались на несправедливость - им не привыкать к ней. Резиденция станового находилась в Ильинском погосте.

Сельские избирательные съезды в Гуслицах проходили, как правило, под большим давлением мировых посредников. Показа-тельным в этом плане был съезд в с. Запонорье в 1874 г ., на котором методом выкручивания рук съехавшимся выборщикам из Дороховской, Беззубовской и Запонорской волостей мировой посредник из Москвы настоял на выборе в гласные нужных властям лиц, неких Ламакина и Филиппова.

КУЛЬТУРНЫЕ ТРАДИЦИИ

Старообрядцы всегда ревностно хранили и поддерживали древние традиции. Гусляки не были исключением. В гуслицких селениях лили медные образки и крестики, складни. По данным местного знатока промыслов А.С. Антонюкова, около 200 гуслицких крестьян промышляло изготовлением медного культового литья, которое закупалось перекупщиками на вес пудами и отправлялось на продажу в Москву. Причём этот подсобный крестьянский промысел никак не афишировался и тем более не отражался в официальных бумагах. К этой точке зрения склоняется и научный сотрудник музея им. Рублёва Е.Я. Зотова, которая свидетельствут о большом количестве грубоватого крестьянского медного литья в фондах музея, которое считается гуслицким. Это литьё отличается большим разнообразием, причём за его технологической примитивностью часто читаются древние художественные формы. Всё это говорит о массовом ремесленном производстве, где в небольших крестьянских мастерских по наследству передавались старинные литейные матрицы, до сих пор называемые здесь «матками».

В ряде деревень писали иконы. Далеко за пределами Гуслиц славились иконописцы деревни Гора. Существовали также особые приёмы местного иконописного письма и приготовления материалов. Среди этих приёмов научный сотрудник музея им. А. Рублёва В.М. Сорокатый выделяет не типичную для других школ графическую штриховку и широкое использование красного и синего цветов, затемнённых олифой.

Во многих деревнях, прежде всего в Мисцево, переписывали старинные книги, оформляя их заставки уникальной росписью получившей название «гуслицкой». Работая над орнаментами, мастера и мастерицы переписчики пользовались собственными архивами прорисей, на полях которых принято было указывать точную ссылку на древние, 17 века и ранее, оригиналы. Некоторые исследователи, с кем нам довелось общаться, проводят параллели между гуслицкой книжной росписью и гжельской расписной керамикой, но многие считают ее уникальной и не имеющей аналогов. К началу ХХ столетия переписывание книг, а равно и украшение их гуслицкой росписью стало отмирать («Церковное пение», приложение к журналу «Старообрядческая мысль», 1910, №8, сс.130-138). Культура старообрядческих Гуслиц стояла на очень высоком уровне, и что самое удивительное для Российской глубинки - была достоянием многих её носителей.

Прежде Гуслицы имели существенное отличие от любой другой местности, даже старообрядческой, тем, что их население, включая женщин, было почти поголовно грамотным. «Нигде, надо полагать, не распространена так грамотность, как в Гуслицах… грамотность среди здешнего старообрядческого населения является как будто родовым, неотъемлемым наследством» (А.С. Пругавин. Старообрядчество во второй половине XIX в. М., 1904, с.113). В каждом гуслицком селении существовали самородные школы, преподавателями в которых состояли местные грамотеи, книжники, а также старообрядческие монахини-келейницы. Знания давали в основном церковные, необходимые для поддержания старообрядческой культуры. Школы эти по всей видимости существовали с самого начала раскола (Там же, с.114). Поголовная грамотность привела к тому, что после возникновения в 1840-х годах Белокриницкой иерархии (ныне – Русская Православная Старообрядческая Церковь). Гуслицы стали своеобразной кузницей кадров ее духовенства. Священников-гусляков можно было встретить на многих старообрядческих приходах по всей России.

Единственный в Гуслицах старообрядческий монастырь с богатой библиотекой старинных книг существовал в с. Беливо и прекратил своё существование в 18 веке. Однако старообрядческое монашество с ним не исчезло. Помимо монахинь келейниц по Гуслицам ходили странствующие монахи, а также в скрытых от посторонних глаз местах строились монашеские скиты. Один из них существовавал в деревне Нареево (ныне часть посёлка Шувое), и внешне выглядел как строжка при сельском кладбище. Там жили несколько монахов, которых ещё помнят местные старожилы.

ОСОБЕННОСТИ ЖИЗНЕННОГО УКЛАДА

Однако помимо достижений в области культуры гусляки достигли немалых высот и на другом поприще, отчего слово «Гусляк» для жителей сопредельных территорий, крупных городов и даже относительно отдаленных местностей стало обозначать человека без совести и чести. Дело в том, что Гуслицы расположены в глухом, болотистом месте на прежнем стыке границ трех губерний: Московской, Рязанской и Владимирской. Это было очень удобно для разбойников, которым постоянно надо было уходить от преследования полицией. А так как политика властей царской России определила старообрядцев наряду с разбойниками, то понятно что и те и другие не могли не найти общий язык в глухих гуслицких лесах. Из заходской деревни Барская происходит известный разбойник Василий Чуркин, наводивший ужас на весь восток Московской губернии во второй половине XIX века. Последняя шайка разбойников орудовала здесь уже в 1920-х годах.

Но славились Гуслицы не только разбоем. Самый известный местный криминальный промысел – изготовление фальшивых денег. По версии, приводимой многими авторами, к примеру, Мельниковым-Печерским, к гуслицким старообрядцам попали в 1812 году станки для печатания фальшивых русских ассигнаций, которые привез в Россию Наполеон. А Гуслицы и расположенная неподалеку от них местность Вохна (ныне город Павловский Посад и его окрестности) издавна славились своими фальшивомонетчиками. П.И. Мельников-Печерский. Рогожское кладбище.//». Полное собрание сочинений П.И. Мельникова (Андрея Печерского)» т.13, СПб, 1898, сс.331-333). Изготовление фальшивых денег бытовало в Гуслицах вплоть до 1917 года. В Москве в XIX столетии все фальшивки именовались «гуслицкими». За фальшивомонетчиками безуспешно, годами охотились целые воинские команды, о чем свидетельствуют архивные дела (Центральный Исторический Архив Москвы, ф.54, оп.177, д.1807, лл.15-17). Помимо изготовления фальшивых денег гусляки занимались профессиональным нищенством, которое продержалось в некоторых деревнях вплоть до 1950-х гг. Попрошайки умудрялись приносить хлеб мешками из голодной Москвы даже во время Второй мировой войны. В прошлом, как свидетельствует известный московский журналист В.А. Гиляровский, для удобства обмана доверчивых людей сборщики брали с собой т.н. «викторки» – фальшивые свидетельства на погорелое. (В.А. Гиляровский, Собрание сочинений в 4-х томах, т.2, М., 1999,с.123-127). Помимо этого гуслицкие мошенники использовали и другие фальшивые документы – «малашки». «Малашка» – фальшивый паспорт, которых брали обычно по пять-шесть и направлялись в крупный город, где устраивались на работу к богатому купцу. Поскольку гусляки были людьми грамотными и предприимчивыми, купцы сразу же их отмечали и давали им важные поручения. Гусляки в точности выполняли их до тех пор, пока купец не доверял им большую сумму денег. С ней гусляк и исчезал, оставив обманутого хозяина с «малашкой», данной в залог. Сам же мошенник спокойно шел наниматься к другому купцу, где ситуация повторялась. Когда взятые паспорта заканчивались, гусляк возвращался с добытыми деньгами домой, где отдыхал а затем, прихватив новых «малашек» снова шел на промысел (Там же).

Гуслицкие деревни, несмотря на расположение в невыгодных условиях (неплодородная заболоченная местность, отсутствие крупных торговых путей и водоёмов), всегда отличались своим богатством и размахом. До сих пор удивляют селения протянувшиеся вдоль дороги на полтора и более километров. «Гуслицкий край всегда считался зажиточным, что доказывается и внешним опрятным видом крестьянских построек, и вообще сносным мужицким хозяйством.» – писал в начале ХХ столетия А.С. Пругавин (Пругавин…с.113). Отсутствие плодородных почв не мешало гуслякам богатеть. Из Гуслиц и соседних старообрядческих территорий вышли многие известные купеческие фамилии: Морозовы, Рахмановы, Солдатенковы, фарфоровые короли России Кузнецовы и др. Богатые купцы-старообрядцы не порывали со своими менее удачливыми единоверцами. Старообрядческие толки (согласия) превращались в мощные религиозно-экономические корпорации. В Гуслицах местные купцы давали на дом работу крестьянам-старообрядцам и затем забирали готовую продукцию. «Караси»* и ткацкие станки появились чуть не в каждом доме, и прежние бедняки-хлебопашцы и лесники вскоре превратились в зажиточных промышленников. Богачи их поддерживали, давая средства, чтобы наживаться, богатеть и самим делаться фабрикантами и миллионерами» (Мельников Печерский с.328). До революции 1917 года очень многие гуслицкие крестьяне устраивали в своих деревнях фабрики, преимущественно ткацкие.

ЧТО ПОСМОТРЕТЬ

ЕГОРЬЕВСК

Троицко-Мариинский монастырь

Собор А.Невского

Пиво-безалклгольный завод ("Буратино" нашего детства с сахаром)

ИЛЬИНСКИЙ ПОГОСТ

церковь Воскресения Христова

КУРОВСКОЕ

Спасо-Гуслицкий монастырь на реке Нерской у сев.-зап. окраины Куровского, учрежден в 1858 году Александром II для искоренения раскола.

АВЕРКИЕВО

Церковь Троицы, 1912 г., с элементами древнего зодчества, с внешними изразцовыми иконами.

НОВОЗАГАРЬЕ

Загадочная и очень красивая церковь-корабль Николая Чудотворца с разнонаправленными крестами.

Смотреть фотоальбом из ПВД "Страна Гуслица"



Главная | Новости | Календарь | Лоция | Летописи | Багажный отсек | Фотоальбомы | Мастер-класс | Велошкола | О клубе | ФОРУМ |
© Велотурист.ру, 2000-2017. Все права защищены